Что сдерживает климатические амбиции Глобального Юга

Для развивающихся стран цель по ограничению глобального потепления в 1,5°C может стать недостижимой

В 2023 году на Конференции ООН по изменению климата (СОР28, она проходит сейчас в Дубае) будут приняты определяющие решения для Фонда возмещения убытков и вреда (LDF), учреждённого на предыдущей конференции СОР27: правительствам предстоит договориться о том, как именно будет работать и финансироваться этот новый фонд. Но не менее важна и первая глобальная инвентаризация (global stocktake, сокращённо GST), в ходе которой будет оцениваться достигнутый странами прогресс на пути к целям, установленным в Парижском климатическом соглашении 2015 года.

ban1
ban2

Данные опубликованного в октябре предварительного доклада о глобальной инвентаризации мало радуют, а, согласно новому докладу Международного энергетического агентства «Перспективы развития мировой энергетики», глобальный уровень выбросов углекислого газа пока ещё не достиг пиковых значений. Это означает, что, если мы хотим достичь наших климатических целей, мы обязаны ускорить переход к чистой энергетике и срочно сократить выбросы парниковых газов. Для этого нужно закрыть огромную дыру в климатическом финансировании, однако правительствам приходится заниматься решением повсеместных проблем с суверенными долгами.

Согласно оценкам проекта «Облегчение долгового бремени ради зелёного и инклюзивного восстановления экономики» (DRGR), который использовал данные Программы развития ООН и Международного валютного фонда, сегодня 69 стран нуждаются в срочном облегчении долгового бремени, при этом у 61 страны общая сумма долгов, которые необходимо реструктурировать с участием всех категорий кредиторов, равна как минимум $812 млрд. Как отмечается в одной из публикаций МВФ, лишь у семи из 29 стран с низкими доходами, которые представили оценку своих потребностей в адаптации к изменению климата, имеется достаточное бюджетное пространство для удовлетворения этих потребностей и для достижения целевых уровней сокращения выбросов парниковых газов – эти цели называют «вкладами, определяемыми на национальном уровне» (NDC). Между тем, в 2024 году стоимость обслуживания долга увеличится, поэтому многим странам придётся тратить на выплату процентов больше, чем на здравоохранение и образование.

Пока на Глобальном Юге будет продолжаться долговой кризис, многие развивающиеся страны не смогут инвестировать в низкоуглеродное развитие экономики, учитывающее гендерные аспекты. Тем самым повысится уязвимость этих стран перед климатическими шоками и бюджетной нестабильностью, а цель ограничения глобального потепления уровнем 1,5° по Цельсию, которая поставлена в Парижском климатическом соглашении, станет недостижимой.

Для решения этой проблемы связи между долгами и климатом на конференции СОР28 (и в дальнейшем) правительства обязаны сосредоточиться на трёх задачах: повышение инклюзивности и эффективности процесса реструктуризации долгов; увеличение льготного финансирования; расширение размеров и полномочий многосторонних банков развития (МБР).

Прежде всего, нужно реформировать «Общий механизм урегулирования долгов», утверждённый «Большой двадцаткой», причём так, чтобы право на урегулирование получили все климатически-уязвимые страны, включая страны со средним уровнем доходов. Хотя «Общий механизм» уже начал облегчать долговое бремя, недавние соглашения о реструктуризации долгов оказались скромными по масштабам и дались ценой крайне продолжительных переговоров, которые лишь усугубляли проблему. Будущие соглашения должны предоставлять существенное облегчение, позволяющее странам-участникам подтолкнуть вперёд экономический рост и достичь своих климатических целей, а не просто вернуть их к прежней политике строгой бюджетной экономии или помочь им избежать очередного кризиса.

Во-вторых, ещё никогда не была столь очевидной необходимость в увеличении льготного финансирования. В октябре на годовых собраниях Всемирного банка и МВФ в Марракеше директор-распорядитель МВФ Кристалина Георгиева отметила, что процентные ставки вступили в новую эру «повышенного уровня в течение длительного времени». Это произошло ровно в тот момент, когда государства мира должны ускорить внедрение технологий возобновляемой энергетики, которые очень чувствительны к стоимости капитала. Кроме того, выяснилось, что климатическая уязвимость страны повышает стоимость кредитования и ограничивает её доступ к финансированию.

Между тем имеется обширное пространство для увеличения льготного финансирования. Согласно подсчётам «Инициативы климатической политики» (CPI), в 2021 и 2022 годах на долю недорогого проектного кредитования и грантов приходилось лишь 11% всего климатического финансирования. В рамках своей инициативы «Дорожная карта эволюции» Всемирный банк объявил, что начнёт предоставлять льготное кредитование не только беднейшим странам с целью профинансировать необходимые климатические инвестиции. Остальные многосторонние банки развития должны последовать этому примеру, а их акционеры должны им помочь путём вливаний нового капитала, с тем чтобы у стран мира появился доступ к недорогому финансированию, которое не будет вытеснять другие приоритеты развития.

Кроме того, МБР должны стать больше, и им следует лучше подготовиться к обеспечению недорогого, долгосрочного финансирования, в котором нуждаются климатически уязвимые страны. Всемирный банк уже предпринимает шаги в этом направлении, приняв меры по оптимизации баланса с целью увеличения масштабов финансирования на $50 млрд в течение следующих десяти лет, однако этих шагов недостаточно. Другие МБР должны разработать конкретные планы увеличения капитала; представляя эти планы советам директоров, они должны будут объяснить, как именно новые вливания средств позволят им предоставлять недорогое финансирование развивающимся странам и смелее делать ставку на преобразующие инвестиции.

Помимо повышения кредитного потенциала, МБР обязаны реформировать долговую архитектуру. Например, Всемирный банк сейчас включает положение о долговой паузе в новые и существующие кредитные соглашения, разрешая 45 небольшим государствам, в том числе островным, в случае определённых событий отсрочить выплату процентов и основного долга. Однако такое положение должно быть включено в кредитные соглашения со всеми странами-заёмщиками. Кроме того, в интересах самих акционеров МБР усовершенствовать процесс реструктуризации долга: продолжительный долговой кризис будет просто означать, что МБР придётся предоставлять льготное финансирование в течение более длительного времени, поскольку оно привязано к долговым индикаторам.

В ходе глобальной инвентаризации на конференции СОР28, конечно, выяснится, что мир очень далёк от достижения целей Парижского соглашения. Нужно ускорять работу (климатическое финансирование, глобальная политическая координация, внедрение возобновляемой энергетики), однако этому мешает высокий уровень задолженностей. О много говорит тот факт, что Египет, принимавший в прошлом году конференцию СОР, открыто заявляет в пересмотренной программе вкладов, определяемых на национальном уровне, что платежи за обслуживание долга сдерживают климатические амбиции страны.

Правительства стран «Большой двадцатки» и международные финансовые учреждения должны признать, что большой долговой навес может усугубить климатический кризис. Хотя крайне важно мобилизовать финансовые ресурсы в беспрецедентных масштабах, эта работа должна дополняться мерами по смягчению тяжёлого бремени суверенного долга. Можно надеяться, что глобальная инвентаризация заставит правительства увидеть, насколько медленными темпами мир движется к нетто-нулевым выбросам, и это поможет им обрести политическую волю и доверие, необходимые для решения переплетающихся проблем долгового кризиса и глобального потепления.

Мария Фернанда Эспиноса, бывший президент Генеральной Ассамблеи ООН, сейчас исполнительный директор организации GWL Voices, сопредседатель проекта «Облегчение долгового бремени для зелёного и инклюзивного восстановления» (DRGR)

Ришикеш Рам Бхандари, помощник директора инициативы «Глобальное экономическое управление» в Центре глобальной политики развития при Бостонском университете